Реальность и символы

ко­рич­не­во­го и зо­ло­ти­сто-жел­то­го) – ре­зуль­тат дви­же­ния сол­неч­но­го све­та в тес­ных прост­ранст­вах его ин­терь­е­ров. Цвет и свет – глав­ное средст­во ху­дож­ни­ка, его язык.

Ма­ри­на Сте­па­нян,

ис­кусст­во­вед

Где про­хо­дит, на Ваш взгляд, гра­ни­ца меж­ду ис­кусст­вом и ди­зай­ном?
Они не мо­гут су­щест­во­вать раз­дель­но. Ди­зайн яв­ля­ет­ся не­пос­редст­вен­ным про­дол­же­ни­ем жи­во­пи­си или скульп­ту­ры, од­ной из ее вет­вей. Они вза­и­мо­до­пол­ня­е­мы. Свя­зь ди­зай­на с ис­кусст­вом оче­вид­на. Очень важ­но, ког­да на­ция обо­га­ща­ет­ся эсте­ти­чес­ки пра­виль­но вос­пи­тан­ны­ми людь­ми. Я счи­таю, что это име­ет не­пос­редст­вен­ное от­но­ше­ние к ди­зай­ну в ши­ро­ком по­ни­ма­нии сло­ва. По­э­то­му не­об­хо­ди­мы экс­пер­ты в сфе­ре ди­зай­на. Ди­зайн – про­фес­сия бо­га­тых стран. В со­ветс­кое вре­мя он на­хо­дил­ся в край­не ущерб­ном по­ло­же­нии: у всех бы­ли оди­на­ко­вые ве­щи – до­ма, по­су­да, одеж­да и т.д.

Где в та­ком слу­чае Вы “рас­по­ла­га­е­те” свою про­фес­сию?
Соз­да­вая свои про­из­ве­де­ния, ди­зай­нер воп­ло­ща­ет в жизнь свои меч­ты. То же са­мое про­ис­хо­дит и со мной. Ди­зай­нер ду­ма­ет о ком­фор­те и кра­со­те сво­их ра­бот, ко­то­рые на про­тя­же­нии, воз­мож­но, до­воль­но дли­тель­но­го вре­ме­ни бу­дут слу­жить сво­им вла­дель­цам, вы­зы­вая да­же их при­вя­зан­ность и эмо­ции. Как толь­ко ди­зай­нер нач­нет смот­реть на свою ра­бо­ту сквозь паль­цы, пи­ши про­па­ло. То же са­мое и с ху­дож­ни­ком. Кар­ти­на долж­на ис­хо­дить от естест­вен­но­го со­сто­я­ния и дви­же­ний ду­ши. В этом смыс­ле ху­дож­ник по­хож на ре­бен­ка, вы­ра­жа­ю­ще­го свой внут­рен­ний мир пос­редст­вом кра­сок и ки­сти. И очень важ­но в про­цес­се твор­чест­ва учи­ты­вать, что ко­неч­ный ре­зуль­тат бу­дет не­об­хо­дим хо­тя бы нес­коль­ким лю­дям, ко­то­рые по­лю­бят дан­ную вещь и бу­дут ску­чать по ней в раз­лу­ке. У ме­ня до­ма есть кол­лек­ция кар­тин, ко­то­рой я лю­бу­юсь каж­дое ут­ро. Я люб­лю эти кар­ти­ны, и да­же не­дол­гое рас­ста­ва­ние с ни­ми да­ет­ся мне с тру­дом. То же са­мое ка­са­ет­ся и бы­то­вых ве­щей.

вну­ки, то не­ве­ро­ят­но ра­ду­юсь, пос­коль­ку по­ни­маю: кар­ти­ны на­хо­дят­ся в пол­ной гар­мо­нии с этой семь­ей и до­мом. Это лишь част­ный при­мер. А во­об­ще, в каж­дой ве­щи есть своя энер­гия, ко­то­рая пи­та­ет чувст­ва. Нап­ри­мер, в мо­ей семье был, точ­нее, и до сих пор есть обе­ден­ный сер­виз. Каж­до­му чле­ну на­шей боль­шой семьи из не­го до­ста­лось по од­но­му пред­ме­ту. Ко мне по­па­ла та­рел­ка, ко­то­рой я очень до­ро­жу. По­хо­жие чувст­ва ис­пы­ты­ва­ют и мои сы­новья. Ка­за­лось бы, про­стая со­вер­шен­но вещь, но со­дер­жа­щая в се­бе мас­су дру­гих, бо­лее серь­ез­ных по­ня­тий, та­ких как па­мять о ро­де, от­ветст­вен­ность пе­ред сво­и­ми пред­ка­ми и по­том­ка­ми.

Как Вы приш­ли к скульп­ту­ре?
О, это дав­няя исто­рия! В детст­ве ро­ди­те­ли по­ве­ли ме­ня в му­зы­каль­ный кру­жок в Дом пи­о­не­ров. К со­жа­ле­нию, ока­за­лось, что у ме­ня нет слу­ха. Но ког­да мы вы­хо­ди­ли от­ту­да, за по­лу­отк­ры­той дверью я за­ме­тил де­тей, ко­то­рые что-то ле­пи­ли. Это ме­ня очень за­ин­те­ре­со­ва­ло. Так я по­пал в кру­жок леп­ки. Это бы­ло в треть­ем или чет­вер­том клас­се. Мое ув­ле­че­ние про­дол­жа­лось нес­коль­ко лет. И вот два го­да на­зад ме­ня как буд­то прор­ва­ло. Я на­чал за­ни­мать­ся скульп­ту­рой, как одер­жи­мый. Од­ну из них, по мо­ти­вам “Ин­фан­ты” Ве­лас­ке­са, я очень люб­лю. У ме­ня мно­го ра­бот, пос­вя­щен­ных это­му ху­дож­ни­ку. Еще од­на лю­би­мая те­ма, иду­щая из детст­ва – цирк.

Ремб­ранд­та “Возв­ра­ще­ние блуд­но­го сы­на”, я по­лу­чаю ко­лос­саль­ную энер­гию. И на­о­бо­рот, об­ща­ясь с не­ко­то­ры­ми людь­ми, опусто­ша­юсь. Пред­став­ля­е­те, ка­кую энер­гию вло­жи­ли эти ху­дож­ни­ки в свои про­из­ве­де­ния, ес­ли они до сих пор име­ют столь силь­ное воз­дейст­вие?!

Кра­со­та – вот что спо­соб­но про­из­ве­сти внут­рен­нее цу­на­ми, да­же ес­ли вещь аб­со­лют­но прик­лад­ная. На мо­их кар­ти­нах – поч­ти од­ни жен­щи­ны. Муж­чи­ны изоб­ра­же­ны сим­во­ли­чес­ки. Как мож­но ря­дом с со­вер­шен­ной женс­кой кра­со­той по­ме­стить ка­ко­го-ни­будь мус­ку­ли­сто­го? (сме­ет­ся – ред.)

Кар­ти­ны рож­да­ют­ся от ра­бо­ты внут­рен­не­го “за­во­да”. Есть ху­дож­ни­ки, ко­то­рые ча­сто, стоя пе­ред пу­стым хол­стом, да­же не пред­став­ля­ют, что же они бу­дут пи­сать. Мне их жаль, по­то­му что в ко­неч­ном ито­ге они не зна­ют, за­чем жи­вут, чем за­вер­шит­ся их жизнь. Не су­щест­ву­ет проб­ле­мы воз­ра­ста и на­ли­чия хо­ро­ших идей.

здесь и сей­час. В мо­их кар­ти­нах со вре­ме­нем ме­ня­лась тех­ни­ка – тол­щи­на крас­ки, си­ла маз­ка и т.д., но идеи уз­на­ва­е­мы всег­да. И сно­ва пов­то­рюсь: важ­на энер­гия, со­об­ща­е­мая кар­ти­ной, и ее про­дол­жи­тель­ность. “Кра­си­во­сти” мо­гут быть при­ят­ны гла­зу ну ме­сяц, по­том те­ря­ют всю прив­ле­ка­тель­ность. По­э­то­му, за­ду­мы­вая по­лот­но, я ду­маю о том, что оно долж­но дол­го слу­жить источником эмоций и энергии.